Люди-болванки

Попытка снять отечественное кино о борьбе с физическим недугом обернулась демонстрацией жестокости и ограниченности «нормального мужика».

Фильм Михаила Расходникова «Временные трудности», главные роли в котором сыграли Иван Охлобыстин и Риналь Мухаметов, казалось бы, посвящен болезненной теме социализации людей с ограниченными возможностями, которым зачастую сложно найти свое место в жизни. Но после просмотра кажется, что он совсем о другом — о том, как физически здоровые люди решают за счет инвалидов собственные проблемы. Ведь именно так поступает отец главного героя, начальник цеха сталелитейного завода.

В основу ленты, насколько известно, легла история бизнес-тренера Аркадия Цукера, который родился с ДЦП, но отец избавил его от недуга, подвергая разнообразным испытаниям и не давая поблажек. Однако фильм словно посвящен отцу, а не сыну. И не инвалидам, а физически полноценным людям, сознающим ущербность собственной жизни в финансовом, интеллектуальном и семейном плане — а поэтому обозлившимся, срывающим свои обиды на тех, кто более уязвим.

На протяжении всего фильма отец (Иван Охлобыстин) стремится поставить сына (Риналь Мухаметов) на ноги в буквальном и переносном смысле, вырастить из него настоящего мужика без оглядок на то, что ему труднее, чем другим детям. Не разрешает матери ему помогать, посылает в обычную школу, где над мальчиком издеваются, несмотря на его незаурядный ум, организует поездку в «Артек», которая срывается, потому что местный начальник не желает принимать ребенка-инвалида… Апофеозом становится смертельный «квест» в тайге. Но финал — здоровье и карьерный успех парня — говорит о том, что цели своей отец достиг. А все пережитые обиды, боль и страх — не более чем побочные эффекты.

Такая концепция вызвала отторжение у многих зрителей и негативные отклики еще с премьерного показа на «Кинотавре» минувшим летом. То, что фильм позиционируется как биографический, не убедило врачей, которые увидели в нем очередную пропаганду мракобесного подхода к здоровью и физиологии человека. Не понравился он и тем, кто занимается социальной реабилитацией инвалидов: их цель состоит в том, чтобы общество принимало больных людей такими, какие они есть, а фильм учит, что если хочешь быть любимым и уважаемым, нужно становиться здоровым и успешным.

Концовка, в которой главный герой побеждает болезнь и комплексы, вроде бы призвана расставить все по местам. Ну кто в здравом уме скажет, что лучше быть бедным и больным, чем сильным и богатым? А смирись отец с судьбой ребенка, им обоим уготовано было бы мрачное и убогое существование.

Однако главная причина отвращения, которое возникает от просмотра «Временных трудностей», — в том, что в фильме совершенно не отражена любовь отца к сыну. Если бы она хоть немного ощущалась, неправдоподобность с медицинской точки зрения была бы более простительной. Но герой Охлобыстина — грубый, не воспринимающий слов «нет» и «нельзя», не уважающий ни чужие чувства, ни чужое пространство, первым делом задающий вопрос «кто виноват в болезни сына?» и в конце концов готовый поднять руку на жену, — на любовь неспособен. И озабочен вовсе не благом своей семьи.

Рождение неполноценного ребенка — удар по его самолюбию, которое наверняка и раньше было многократно уязвлено. Он во что бы то ни стало хочет вернуть себе статус «нормального мужика», для которого очень важно качество потомства. Поэтому он постоянно унижает ребенка, как, вероятно, прежде унижали его: ставит в укор мальчику сорвавшийся поход в кино, добивается того, чтобы сына приняли в обычную школу, не заботясь о том, хорошо ли ему там будет.

В принципе, такое поведение естественно для ограниченного человека, в жизни которого есть только монотонная работа и семья, созданная скорее всего не по большой любви, а просто потому что так положено. Только чем же он в таком случае лучше начальника «Артека»? Он так же отказывает инвалиду в праве на существование в своей семье, как начальник — в праве на существование в государстве.

В этом свете очень символично выглядят демонстрация обработки металлических болванок на заводе, где трудится герой-отец, — как проходит их закалка в пламени и как выбрасываются бракованные детали. Судя по всему, персонаж Охлобыстина и к людям относится точно так же, отказывая в праве на существование всем, кто не соответствует стандарту и кого нельзя «доработать» или «починить».

Примечательно, что в фильме почти не уделяется внимания чувствам и переживаниям матери, которую играет Виктория Соловьева. В финале она утверждает, что муж поступал правильно — ведь сама она давно бы сдалась. Но в это верится с трудом. Ставя ребенка в условия, порой угрожающие его жизни, отец семейства даже не задумывался о том, какую травму он может нанести жене — и она вряд ли могла бы такое простить.

Что касается художественной, а не психологической составляющей картины, то раздражает большое количество штампов, особенно в школьных эпизодах. Разумеется, ровесники мальчика-инвалида показаны настолько же тупыми и бессердечными, насколько они здоровы и крепки физически. А последняя часть фильма, призванная, казалось бы, впечатлить зрителя реваншем, который взял у жизни инвалид, выглядит просто смешно: в своем странном перформансе с барабанами герой похож не на бизнес-тренера, а на какого-то красующегося мажора.

Судя по всему, тема, за которую взялись создатели «Временных трудностей», оказалась слишком хрупка для их рук. Работа над фильмами о сложных социальных проблемах требует гораздо большей тонкости и мастерства, чем создание стандартных болванок для киноиндустрии.

К концу просмотра понимаешь, что трудности, отраженные в картине, вовсе не временные. Персонаж Охлобыстина так и останется обозленным неудачником, и его жизнь будет все такой же серой и мутной, как цветовая палитра фильма. Потому что корень проблем всегда в самом человеке, а не в здоровье его детей, не в красоте жены и не в честности государства.

Leave a comment

Your email address will not be published. Required fields are marked *