Бортпроводника забыли наградить за героизм

Десять лет назад вся страна с замиранием сердца следила за чудовищной авиакатастрофой Ту-134 в Самаре. 17 марта 2007 года при посадке в аэропорту «Курумоч» лайнер зацепил взлетную полосу и буквально развалился на куски – 6 человек погибли и 23 ранены. Впрочем, жертв могло бы быть гораздо больше, если бы не героизм бортпроводника Олега Космачева из Нижнего Новгорода. Рискуя собственной жизнью, он вытаскивал из развалившегося самолета одного пассажира за другим – и так 20 человек. Сразу после катастрофы все чиновники в один голос уверяли, что Олега непременно наградят и дадут звание Героя России. Однако до сих пор о нем так никто и не вспомнил. «Комсомолка» выяснила, почему награда не нашла своего героя.

Счет шел на минуты

Даже спустя десять лет воспоминания о рейсе Сургут-Самара-Белгород живы в памяти Олега Космачева. В то утро все почему-то не клеилось – сначала потекла ручка в нагрудном кармане, заляпав всю рубашку, потом оторвалась пуговица у одной из стюардесс, и ее пришлось пришивать перед самым рейсом.

— Плохая примета, — прошептала тогда девушка. – Лишь бы долететь без приключений.

Поначалу полет действительно проходил нормально. Все изменилось, когда до посадки в Самаре оставались считанные минуты. Внизу уже различимо поблескивали на солнце заснеженные крыши многоквартирных домов. В салоне раздавался детский смех, пассажиры с интересом поглядывали в окна, стараясь разглядеть очертания города. Внезапно все затянуло густым туманом. Раздался глухой удар, самолет перевернулся и все стихло.

— В первую минуту мы с трудом понимали, что происходит, — признался «КП» — Нижний Новгород» Олег Космачев. – Потом я увидел пробоину в носовой части самолета – салон в буквальном смысле слова разорвало на части. Картина была жуткая – все свалено в кучу, люди стонут от боли, кричат перепуганные дети.

В воздухе стоял сильный запах керосина, в салоне возникло задымление. Олег понял, что счет идет на минуты – в любой момент самолет мог взорваться.

— Все быстро на выход! – закричал бортпроводник и выдавил аварийный люк в хвостовой части самолета. Все, кто могли самостоятельно передвигаться, тут же бросились на улицу. Раненых пришлось вытаскивать из салона на себе – освобождать из перепутанных ремней и одного за другим выносить на улицу. Сколько человек он тогда вынес из дымящего самолета, сам Олег не считал. Уже позднее спасатели скажут – больше двадцати.

— Особенно мне запомнилась девчушка лет пяти – маленькая такая, как кукла, — вспоминает Олег. – Когда самолет перевернулся, ее мама запуталась в ремнях. Она просила не тратить время на нее, а спасти малышку. К счастью, вытащить из самолета удалось обеих. Да и разве мог я не помочь ребенку? Меня самого дома ждал двухлетний сын Тимурка.

Обещанного десять лет ждут

Сразу после авиакатастрофы Олег Космачев стал едва ли не звездой всероссийского масштаба. Журналисты наперегонки старались взять у него интервью, а спасатели и чиновники в один голос кричали о его героизме.

— Члены экипажа, которые наиболее отличились при спасении пострадавших во время авиакатастрофы, получат правительственные награды, — пообещал тогдашний губернатор Самарской области Константин Титов.

Вот только обещанного Олегу пришлось ждать даже не три года, а все десять. Вскоре после авиакатастрофы его отправили подлечиваться в авиационный санаторий в Новороссийске – незаметные поначалу травмы спустя несколько часов дали о себе знать. У бортпроводника оказался в нескольких местах поврежден позвоночник, обожжены дыхательные пути, ушиблены кости таза. На восстановление ушло больше двадцати дней. За это время шумиха вокруг рухнувшего самолета стихла и о прежнем герое уже никто не вспоминал.

— Сначала в авиакомпании UTair, где я работал, говорили, что нужно дождаться окончания расследования – дескать, до этого представлять к награде члена экипажа как-то ни то, ни се. А потом об этом эпизоде просто перестали вспоминать, — рассказывает Олег Космачев.

Вот только сам Олег то страшное утро забыть так и не смог. То и дело по ночам ему снились раненые пассажиры, умоляющие помочь им выбраться из самолета. Позднее ему предложили попробовать себя в работе бортоператора на вертолете. Он согласился, не раздумывая.

— На вертолете мы еще не падали, — отшучивался Олег в разговорах с женой. Тем временем, расследование той злополучной катастрофы продолжалось. В случившемся поочередно обвиняли и диспетчеров, и пилотов.

— Вообще аэропорт Самары считается одним из самых сложных в нашей стране, — объясняет бывший командир 18-ой нижегородской эскадрильи, где служил Олег Космачев, Сергей Матросов. – Для него характерно быстрое «появление» тумана с акватории Волги. Именно поэтому необходима «слетанность» экипажа,его многолетняя совместная работа. А тут пилоты друг к другу еще не притерлись, бортмеханика им вообще заменили совсем недавно. Думаю, что виной всему ошибка экипажа – это же подтвердил и суд.

Действительно, в марте 2010 года Самарский областной суд признал виновными в произошедшей катастрофе командира экипажа рейса 471 Олега Зубкова и второго пилота Андрея Лапанова и приговорил их к 6 годам условно. О самоотверженном поступке Олега Космачева больше никто не вспоминал. Видимо, говорить о героизме члена экипажа на фоне обвинительного приговора командиру восхищенные прежде чиновники теперь уже посчитали дурным тоном.

— Мне кажется, ту историю просто замяли, — уверен Сергей Матросов. – Компания в то время только набирала обороты, и лишний раз упоминать об авиакатастрофе было не в их интересах. Так это дело и застопорилось.

Наградить… забыли

Зато в своем родном поселке Линда в Нижегородской области Олег Космачев сразу стал настоящим национальным героем. Первые несколько лет вообще нельзя было шагу ступить – кто-нибудь да останавливал с расспросами о той катастрофе. Поэтому, когда бывший бортпроводник решил оставить авиацию и быть поближе к семье, долго искать работу не пришлось – его тут же позвали преподавать ОБЖ в местную школу. Благо здешние мальчишки ему буквально смотрели в рот.

— Олег Олегович, а страшно Вам тогда было?

— А Вы, правда, двадцать человек спасли?

— А как Вас наградили?

Услышав все эти вопросы, Олег Космачев только опускал глаза. Ну как было объяснить этим тринадцатилетним мальчишкам, что наградить его…забыли? Какое после этого может быть патриотическое воспитание!

— Конечно, мне было обидно за Олега. Да только что тут сделаешь? – разводит руками его супруга Ирина. – Я пыталась сначала обращаться и в саму авиакомпанию, и в правительство Самарской области, но отовсюду приходили только отписки.

Сам Олег никогда никуда не писал. Оно и понятно – настоящие герои не просят званий! Вот только, спустя десять лет, глядя на очередные вручения государственных наград, как-то немножко щемит в груди.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *